А могла она очень многое.
- А ты что там стоишь?! - перевела внимание на Чертанова Матильда Афанасьевна. - Вы бы, Петр Иванович, приструнили секретаря-то своего, приструнили! А то я его сама приструню! Ишь, моду взял - пожилой женщине хамить!
- Это как? - живо заинтересовался шеф, ободряюще подмигивая Сергею.
- Да вот так! Я ему говорю - почини эти чертовы весы, а он, стервец, не хочет!
- Они правильно работают, Матильда Афанасьевна, - грустно развел руками Сергей.
- Да где же правильно, когда сто двадцать кило мне показывают! Врут в два раза!
Петр Иванович схватился за живот и дико заржал, пролив пиво на палубу. Матильда Афанасьевна начала густо краснеть. Но отнюдь не от стыда - этого чувства теща шефа не испытывала с самого рождения. От возмущения. Сергей же вновь облокотился на фальшборт, проклиная тот день, когда согласился на этот проклятый круиз.
А ведь все так замечательно начиналось!
Петр Колобков в молодости был простым крановщиком, хорошим комсомольцем (хотя материалы со стройплощадки воровал при каждом удобном случае) и примерным семьянином. Женился в 1986, в двадцать шесть лет, и с тех пор они с женой жили душа в душу (в смысле - до сих пор не развелись). Нажили четырех детей - двух дочерей и двух сыновей.
Ну а потом совершенно неожиданно для всех обрушился Советский Союз. Многие граждане коммунистической империи были погребены под его обломками. Однако многим другим это пошло только на пользу. Среди них оказался и Колобков.
Бывший крановщик сумел вовремя подсуетиться где надо, урвать кусок пожирнее, неожиданно для всех проявил недюжинную деловую сметку, и в одночасье поднялся из крановщика до директора целой строительной конторы «Питерстрой». Название выбрал сам - одновременно и родной город упомянул, и самого себя.