И ничего странного: на нем висел халат.

- Вот такие штуки он и вытворяет, - равнодушно объяснил Гэллегер.

- Но должна же быть причина. Вещи, которые я засовываю в шкаф, становятся маленькими, но стоит их вынуть, как они обретают нормальные размеры. Может, продать его какому-нибудь фокуснику? - с сомнением предположил он.

Ваннинг сел, сжимая в руках халат и поглядывая на металлический шкаф. Это был смолисто-черный параллелепипед размерами три на три и на пять футов, покрашенный изнутри серой краской.

- Как ты это сделал?

- Что? Сам не знаю. Как-то само получилось. - Гэллегер меланхолично потягивал свою гремучую смесь. - Может, дело тут в растяжимости измерений. Моя пропитка могла изменить свойства пространства-времени внутри шкафа. Интересно, что это может значить? - буркнул он в сторону. - Такие словеса порой пугают меня самого.

- Это значит... ты хочешь, сказать, что этот шкаф внутри больше, чем снаружи?

- Парадокс, не так ли? Я думаю, его внутренность находится вообще не в нашем пространстве-времени. Попробуй сунуть туда стол и убедишься. Гэллегер даже не приподнялся, а лишь махнул рукой в сторону упомянутого стола.

- Ты прав. Этот стол больше шкафа.

- Ну, так суй его как-нибудь бочком. Смелее!

Ваннинг некоторое время возился со столом. Несмотря на небольшой рост, он был силен, как многие коренастые люди.

- Положи шкаф, легче будет.

- Я... уф... Ну, и что дальше?

- Суй туда стол.

Ваннинг искоса посмотрел на приятеля, пожал плечами и попытался. Разумеется, стол не хотел входить в шкаф. Вошел только угол, а остальное застряло, чуть покачиваясь.

- И что дальше?

- Подожди чуток.

Стол шевельнулся и медленно пополз вниз. У Ваннинга отвалилась челюсть, когда он увидел, как стол постепенно входит внутрь, словно в воде тонет не очень тяжелый предмет. Однако ничто его не всасывало, он просто растворялся. Неизменным оставалось лишь то, что торчало снаружи, но постепенно в шкаф ушло все.