Во рту человек держал гигантскую сигару, на которой огромными буквами было написано: "Это не американская дрянь", а на голове (или носу) его был престранного вида цилиндр, увешанный и окантованный золотом, что придавало ему вид, схожий с королевской короной. Человек шел, помахивая тросточкой и ею же отталкивая от себя прохожих, чрезмерно приблизившись к нему. Прохожие не обращали на него внимания, но в их глазах была видна зависть, и ее неизменная тень - злость. Совершая свою прогулку таким образом, странный человек приблизился к Ричу, и так как тот стоял на его пути, уже нацелился кончиком тросточки прямо ему в глаз. Заметив это, Ричард понял, что разговоры тут бессмысленны и, выхватив из-за пазухи опасную бритву, взял человека на ноздри и несколькими движениями отрезал ему его гигантский нос вместе с цилиндром. Когда цилиндр упал на землю, этот необычный человек с тоской и удивлением посмотрел на него сверху вниз, а затем покачал головой из стороны в сторону и вдруг воскликнул "Как же легко! Как же легко теперь!" и с улыбкой на устах, стал удалятся, разбрасывая вокруг себя свои же кольца и браслеты. 03:05:37 Ричард шел по улице дальше, как на встречу ему показалось странное семейство человек так из двадцати. Семейство это имело вид сбившихся в кучу земляных зверьков, одетых в глухие черные рясы. Все родственники так тесно прижимались друг к другу, что все это шествие напоминало похоронную процессию. Вот только глаза этих людей разбивали такую иллюзию. Глаза их горели неусыпным фанатизмом людей, любая попытка беседы с которыми не приносит ничего, кроме душевного расстройства. В руках каждого родственника находился деревянный крест с золотым распятием, эти кресты они держали сразу обеими руками и прижимали их к груди, словно это были их дети. Процессия эта занимала немало места и продвигалась по улице очень медленно, заставляя шедших за ними прохожих пытаться обогнать их, но тщетно, потому что семья заняла собой всю улицу - от правого края до левого. Прохожие, шедшие навстречу им, не могли пройти мимо них, так как не было места и вынуждены были пытаться пройти между членами семьи.