Грышнак внимательно осмотрел стоящую перед ним девушку. Еще в бою он отметил ее симпатичность, однако сейчас она выглядела особенно привлекательно. Густые волосы, хоть и мокрые сейчас, темной волной ниспадали ниже плеч, веселые карие глаза, затененные длинными густыми ресницами, мягко очерченный подбородок и вздернутый курносый носик никого не могли оставить равнодушными. Ну а ниже... Грышнак судорожно вздохнул.
Его реакция не осталась незамеченной. Таниэль мило улыбнулась, сложила губы бантиком и ангельским голоском промурлыкала: "Накинь, пожалуйста, на меня плащ. Мне холодно". Грышнак поспешил исполнить её просьбу и даже попытался перевыполнить план, обняв девушку с намерением обогреть бедняжку. Но острый локоток Таниэль, врезавшийся ему под ребра в корне пресек его гуманитарную миссию.
— "И не надо на меня так глазеть," – все тем же ангельским голосом проворковала она, – "и щупать меня тоже не надо," – второй удар был не менее чувствительным (но только для Таниэль – доспехи под курткой Грышнака были сработаны на совесть). Чертыхнувшись про себя Таниэль подумала: "Ладно, отыграюсь позже. А вообще, стоит познакомиться с ним поближе".
— Таниэль. Высшая боевой звезды, – представилась она, – а можно просто Таня.
— Грышнак, десятник тяжелой пехоты.
— А в миру?
— Григорий.
Эта милая беседа была очень невежливо прервана раздавшимися сдержанными смешками, постепенно перерастающими в открытый смех. За разговором оба командира не заметили, как вокруг собралась толпа любопытствующих толкиенистов. Через некоторое время все направились к костру, продолжая подтрунивать над "сладкой парочкой" – "...А теперь обменяйтесь Кольцами! ...". – Это длилось вплоть до прихода в лагерь.