– Я не знаю, – сказал Кирк.

– Мог ли компьютер совершить ошибку?

– Мистер Спок, мой помощник, сейчас проводит полную проверку, – хмуро сказал Кирк. – Но такая возможность практически равна нулю.

Стоун устремил на Кирка долгий, проницательный взгляд, а затем протянул руку и отключил диктофон.

– Я не имею права этого делать, – сказал он. – Но послушайте, Кирк. Мы с Вами делаем то, что не под силу и одному из миллиона – командуем космическим кораблём. Сотни решений каждый день; сотни жизней, зависящих от правильности каждого из этих решений. Последняя ваша миссия длилась девятнадцать месяцев. Всё это время Вы практически не знали передышки. Вы переутомлены – измучены.

Кирк начал понимать, куда клонит Стоун, и ему это не понравилось.

– Таково Ваше мнение?

– Так будет звучать мой рапорт, – сказал Стоун, – если Вы согласны.

– Нервное перенапряжение, – сказал Кирк. – Может, даже нервный срыв.

– Да, так… примерно.

– И я признаю, что человек погиб из-за того, что я…

– Не признавайте ничего, – сказал Стоун. – Дайте мне возможность замять это дело, здесь и сейчас. Ни один капитан никогда ещё не представал перед судом. Я не хочу, чтобы Вы стали первым.

– А если я виновен? – ровным голосом произнёс Кирк. – Разве я не должен понести наказание?

– Чёрт возьми, я думаю о чести Звёздного Флота! Я не желаю, чтобы она была запятнана…

– Запятнана чем и кем, комендант?

– Ладно! – взорвался Стоун. – Запятнана лжесвидетелем, стремящимся скрыть свою ошибку, свою трусость, если не кое-что похуже!

Кирк вскочил.

– Довольно, капитан, или я забуду, что Вы капитан. Говорю Вам, я был на мостике. Я знаю, как всё было. Я знаю, что я делал.

– Так указано в компьютерном журнале, – с не меньшей запальчивостью отвечал Стоун, – а компьютеры не лгут. Решайтесь, капитан. Либо дело будет замято, и Вас переведут на Землю, либо требуйте суда – и тогда на Вашу голову обрушится дисциплинарное наказание Звёздного Флота во все его суровости.