- Теперь-то ты что натворила? - осведомился он деланно безразличным тоном, который был призван показать супруге, каких усилий стоит ему хранить ангельское терпение. Янси выключил душ и сквозь плотную завесу пара посмотрел на жену. На голове Беверли красовалось закрученное тюрбаном полотенце, с плеч свисал голубой пляжный халатик.

- Все в черном!

- Дай полотенце. Что в черном?

- В черном чемодане. Л здесь только вещи для пляжа. Ничего твоего, кроме плавок.

- Да уж, - произнес он после подобающей паузы. - Сегодня просто твой день.

- Ох, Яне, мне так жаль...

- Мне тоже. - Он продолжал смотреть на нее в упор, пока жена не поникла. Опять надену мокрое, только и всего. Подумаешь!

- Но так нельзя!

- А ты что предлагаешь? Хорошо, я выйду в плавках.

Стук в дверь.

- Стол накрыт!

Прежде чем Янси успел остановить жену, она жалобно проблеяла:

- Вы знаете, я случайно взяла не тот чемодан, в нем нет никаких вещей мужа, кроме купального костюма!

- Хорошо, - прозвучал безмятежный голос за дверью. - Надевайте его и выходите. Кофе готов.

Не дождавшись ответа от опешивших супругов, Лоне негромко рассмеялась - Вы приехали сюда на озеро отдыхать пли разводить церемонии? Не собирались нигде показываться в купальнике?

- Да будет вам! - добавила она с такой теплотой, что на их лицах невольно расцвели глуповатые улыбки.

- Сейчас идем, - отозвался Янси, натаскивая взятые из раскрытого чемодана плавки.

В гостиной успели разжечь огонь, языки пламени уже добрались до растопки и словно украдкой касались полена. Накрытый стол выглядел весьма привлекательно: салфетки пепельного цвета под приборы, черные чашки, черные свечки в железных кованых подсвечниках. Рядом стоял, бурно испуская пар, стеклянный кофейник. Едва они успели сесть, из тостера со щелчком выскочили две половинки сдобы.