Но одной вещи меч сделать не мог. Он не мог обратить вспять действие заклинания. На глазах у приговоренного юноши каталист обратился в камень. Дозорный ощутил скорбь молодого человека и решил, что тот непременно отомстит.

Но мести не последовало. Вместо этого юноша взял меч и с почтением вложил его в руки окаменевшего каталиста. Он припал к каменной груди своего товарища, а затем отвернулся и пошел в туманы за Грань. Златокудрая девушка побежала за ним.

Дозорный был поражен. Он ждал последнего крика ужаса — но так и не дождался. Туманы клубились в полном безмолвии.

Дозорный устремил взгляд своих каменных глаз на тех, кто остался на месте казни, и с мрачным удовлетворением убедился, что месть молодого человека свершилась и без его участия. Епископ Ванье упал на землю, словно громом пораженный. Тело императрицы рассыпалось в прах. Тогда-то Дозорный и понял, что она уже, наверное, долгое время была мертва и видимость жизни в ней поддерживалась благодаря одной только магии. Принц Ксавьер подбежал к статуе каталиста, пытаясь вырвать из рук каменной статуи меч, но тот держался крепко.

Вскоре все реально живущие покинули границу, снова оставив ее живым мертвецам, в том числе новому Дозорному. Впрочем, он во многом отличался от своих товарищей по несчастью, возвышавшихся среди здешних унылых равнин: ростом с обычного человека, каменная фигура каталиста держала в руках меч и смотрела за Грань, а на неподвижном лице было выражение совершенного покоя.

И еще одна необычная вещь случилась с этой живой статуей. К ней однажды приходил гость. И теперь вокруг шеи нового Дозорного весело трепетал, словно стяг, оранжевый шелковый лоскут.

КНИГА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

...И СНОВА ЖИВ

Дозорные охраняли границы Тимхаллана веками. Охраняли против своей воли. Бессонными ночами и тоскливыми днями они должны были следить за границей, отделявшей королевство от того, что лежит за Гранью.