В задачу Жигалина входило найти лежбище контрабандиста, как он его называл. Он исходил из простого соображения, что у любого живого существа должен быть дом, место, где он может укрыться и отдохнуть. В конце концов, должен же гоб когда-то спать. Впрочем, уверенности не было и здесь. У контрабандиста могли быть сотни лежбищ по всей Солнечной системе, а могло не быть ни одного.

За пару дней удалось выяснить, что на Плутоне пришелец появляется нечасто. Дела здесь и так шли полным ходом. Бутанадиол производился в десятке подпольных лабораторий и расползался по Солнечной системе как на кораблях, замаскированных под грузовики государственной службы, так и на многочисленных частных яхтах, перестроенных для дальних рейсов.

Полковнику удалось добыть сведения о точной дате появления гоба. Контрабандист дал указания, когда его следует ожидать в одной из лабораторий.

По приказу Жигалина на Плутон высадились остальные бойцы спецотряда. Без Калача их насчитывалось всего четверо, включая Жигалина, но, по его расчетам, и троих должно было хватить. Елене он приказал оставаться на орбите. С тех пор, как они надели обручальные кольца, полковник не давал жене участвовать ни в одной серьезной операции, к ее явному неудовольствию.

Контрабандист всегда появлялся в одном и том же месте – дальнем левом углу обширного цеха, между контейнерами с сырьем. За эту информацию Жигалин пощадил информатора и прострелил ему только левую ногу, а не обе сразу.

В указанное время бойцы спецотряда были на позиции, в пустой лаборатории – людей заранее согнали в смежное помещение и заперли.

Ждать пришлось долго. Несколько суток. Но гоб так и не появился.