Вот тут уж возраст вообще невозможно было определить – сломанный нос, шрам на щеке, еще один, поменьше – на лбу, над бровями... Ему могло быть и сорок, и двадцать пять... На тыльной стороне лопатообразной кисти правой руки красовалась какая-то татуировка, издали смотревшаяся как темно-синее пятно.

По мере приближения этой странной парочки охотник мог разглядеть их глаза... И то, что он в них видел, не оставляло никаких сомнений, кто из этих двоих занимает главенствующее положение в тандеме. Если это, конечно, был тандем...

Если глаза идущего впереди "танцора" были живыми и подвижными, в них светилась мысль и какая-то презрительная насмешка, безадресная, направленная сразу на все, что его окружало, то глаза второго были мутноватыми и бессмысленными. Нет, он, конечно, не был полным идиотом или кретином! Но интеллектом, судя по всему, тоже не блистал...

Охотник поигрывал с предохранительной скобой карабина, когда, эти двое приблизились к нему на достаточное для начала разговора расстояние. Остановились, не стремясь сократить дистанцию. Руки демонстративно держали не в карманах, а на виду. Это – тайга... И подозрительный незнакомец может очень даже запросто схлопотать пулю, если поведет себя немного не так...

– Слышь, мужик!.. – начал идущий впереди. – Ты не подскажешь, как до поселка добраться?.. А то мы с корефаном заплутали малость...

– Отчего не подсказать?.. – отозвался охотник. – Вниз по течению, а километров через десять – направо... Если хорошо пойдете, то к вечеру будете в поселке...

– Во, е-мое, попали!.. – сняв кепку, высокий почесал затылок. – Если к вечеру в поселке, то это когда ж мы до прииска-то доберемся!