На зубчатой стене расположились лучники короля. С волнением и тревогой они наблюдали за развитием событий. Невольно взгляд Эдрика остановился и потеплел. Рядом с солдатами в окружении служанок стояла невысокая, очень красивая женщина. На вид ей было лет двадцать пять. Длинные светлые волосы распущены, розовое платье развивалось по ветру, грудь с трепетом поднималась. В глазах легко читался страх.

Селена! Как же он мог забыть о жене…

Властитель в порыве гнева с ней даже не попрощался!

Прогремели боевые трубы. Противники сошлись в поединке. Гаран Данвила атаковал первым, но правитель Мидлэйма отбил его выпады без труда. Толпа восторженно встретила умелые действия короля. Ответный удар Эдрика был куда более опасен. Клинок распорол одежду мятежного гарана, разбил несколько звеньев нарукавной кольчуги, слегка зацепил кожу. Левая рука врага окрасилась кровью. Оба воина великолепно владели мечами. В лучах Солара стальные лезвия сверкали и искрились. Кто из бойцов сильнее, сейчас не могли сказать даже боги. Острые клинки звенели от ударов, разрывали одежду, пробивали кольчугу. На телах фессалийцев появились многочисленные кровоподтеки.

Воины очень устали и тяжело дышали. Сил у Эдрика осталось чуть больше. Он рванулся вперед, отбил меч противника в сторону и нанес левой рукой мощнейший удар Ксатлину в лицо.

Латная перчатка — страшное оружие. Правитель Данвила не удержался на ногах и рухнул на спину. Судя по всему, у него был сломан нос, кровь залила губы и подбородок. Толпа встретила мидлэйцев радостными воплями успех своего властителя. Правилами поединков разрешалось добивать упавшего, но считалось низостью и проявлением слабости. Естественно, король на такой шаг не пошел. Отступив чуть назад, он ждал, когда противник поднимется.