Был все же случай, когда это устройство насмеялось, и очень жестоко, над моими добрыми чувствами. Вы, наверно знаете, что некоторые кибернетические машины обладают весьма странным характером, а наша оказалась и вовсе особенной: она вдруг стала проявлять склонность к злым шуткам. Однажды я очень увлекся работой, а когда спохватился и взглянул на часы, то увидел, крайне удивленный, что стрелки показывают восемь (двадцать) часов. Вокруг — никого. В нашем отделении я остался один. Да, в тот раз я действительно очень увлекся. Но меня вообще никогда не тянет домой. Живу я один в двухэтажной вилле, владелец которой два года назад повесился на перилах парадной лестницы. Конечно, дело тут не в страхе перед призраками — чихать мне на призраков, потому что это чистейшая глупость. Но все же, согласитесь, жить в необитаемом доме, где недавно повесился его хозяин, не очень приятно. Возвращаясь сюда вечером — ведь нельзя же человеку не возвращаться после работы куда-то, пусть даже это будет дом повесившегося, — я тут же забираюсь в постель, закутываюсь с головой одеялом и закрываю глаза. Какой смысл расхаживать по комнатам без дела, без определенной цели? Сами понимаете, пользы от этого никакой, и предпочтительнее поскорее юркнуть в постель, сосчитать до тысячи и обратно, пока не заснешь.

Так я, значит, увлекся и, когда поглядел на часы, очень удивился. Вынул из карманов все, что следовало вынуть, набросил пальто, вызвал лифт и через полминуты торжественно прошествовал по проверочному коридору. Не знаю почему, но, шагая по его мраморному настилу, я испытывал какое-то особое чувство удовлетворения — слышал шум своих шагов и в то же время сознавал, что меня внимательно осматривает наша кибернетическая машина.