Она продолжила обход квартиры. В спальне, в старом шифоньере - полки: постельное бельё. На перекладине на плечиках висели норковая шубка и демисезонное драповое пальто. И ещё что-то, закрытое холщовыми чехлами. Марина приподняла чехлы - один и другой, и ахнула. Отцовский парадно-выходной костюм и нарядное мамино платье! Господи, да как же Ирина хранила их столько лет и ни разу не показала сестре?!

Марина аккуратно достала зачехлённые плечики с одеждой и разложила её на широкой кровати. Так и есть. Тёмно-синий костюм папы, белая рубашка в тонкую голубую полоску и галстук - с синими и вишнёвыми диагоналями. Он очень нравился маме. Может быть потому, что её чудесное платье было из элегантной благородной шерсти цвета бордо. И нарядные родители выглядели вдвоём так торжественно и стильно. Настоящая королевская чета…

Младшая сестра ещё долго сидела на краешке кровати и вспоминала отца, маму, Ирину, детство. И не было сил встать и спрятать обратно эти реликвии, почему-то так бережно и секретно хранимые старшей сестрой.

А часом позже, заглянув в кладовку между комнатами, она увидела две огромные картонные коробки с аккуратной надписью (маминым почерком!) на боках: "Игрушки девочек".

- Нет ничего удивительного в том, что я нашла игрушки… - прошептала Марина, растянувшись на пахнущих старыми духами простынях. Ходики с котом-звездочётом тихо подтвердили это: "Тик-так! Тик-так!"

Ах ты, старый и глупый кот, сколько лет ты уже отсчитываешь секунды, начав делать это ещё тогда, когда Ирка-королевишна лежала в пелёнках, а счастливый король-отец и молоденькая богиня-королева-мать шептались по ночам о том, что через годик-другой неплохо бы заиметь и сына.