Временами Эльде казалось, что ее жизнь была принесена в жертву зря. Год за годом, век за веком проходили ровной чередой, а Дар, когда-то вызывавший молчаливое уважение эльфов, все не проявлялся. Постепенно они забыли о том, что эти глаза, уже обрамленные столь редкими в ее племени морщинами, когда-то видели нечто, сокрытое от взоров многих и многих. Подросло молодое поколение, вошло в пору зрелости, ушло в последний Путь, на их место пришли другие — а Элвде все так же встречала рассвет за рассветом. Иногда, проснувшись, она чувствовала в уголках глаз предательскую влагу — очередная ночь прошла впустую, а впереди новый день… новые насмешки, косые взгляды в спину, пренебрежительное отношение юных. Только Светлая Королева… не нынешняя, а та, что приходилась Этуаль бабкой, поддерживала стареющую провидицу. Она, а потом ее дочь, а потом и внучка… Конечно, Светлой Королеве известно многое из того, что не стоит знать простым лесным стрелкам — и все же как не хватало провидице капли тепла, капли доброты и понимания родичей. Впрочем, никто еще не упрекал эльфов в чрезмерной эмоциональности.

И вот сейчас, стоя у зеркала, она чувствовала, как по ее телу пробегает холодная дрожь. И Эльде доподлинно знала — это был тот самый сон, ради которого она век за веком откладывала Путь. Это было давно забытое чувство, сейчас вспыхнувшее с новой, ослепляющей силой. Сон. Сон, цена которому — вся ее жизнь.

Провидица не торопилась. Час, другой — вряд ли сейчас это имеет значение. Никто, в том числе и она сама не могла бы сказать, когда именно свершится битва Черного Барса с Тьмой — вероятнее всего, не слишком скоро.