Все выжившие проданы в рабство: - потухшие глаза и страшные шрамы, оставшиеся от кнута на теле Марики, когда отцу удалось собрать деньги на выкуп, и она вернулась домой, - и не тронулась с места. Вместо этого, она попыталась подсчитать, какую дозу эликсира успел за время их разговора вдохнуть имперец, и чем ему это теперь грозит. Выходило многовато. - Ничего, зато потом пить будет меньше, - раздраженно фыркнула Ариола, и повернулась, чтобы уйти. Она все же решила проверить слова имперского аристократа, и побеседовать с его рабыней, - в конце концов, если ради этого он готов угробить свое здоровье, то можно и оказать ему такую услугу. Тут она представила себе этот разговор, несчастную забитую девушку, которая, конечно же, будет говорить только то, что приказано, страх в её глазах, и она заранее расстроилась. - Однако сходить все же необходимо, - тем не менее, решила она. - Причем прямо сейчас, чтобы этот Ариох не успел её опередить. К декану Огня можно будет подойти и попозже, а вот беседу откладывать нельзя. Вдруг она сможет чем-то помочь бедняжке. Ариола решительно развернулась, намереваясь двинуться по указанному адресу, когда за её спиной раздался тихий шорох. Повернувшись, девушка увидела медленно сползающего по стене имперца. который так и не смог добраться до выхода.

Проводя повторное «очищение Дерона» Ариола, на чем свет стоит, ругала саму себя. Теперь ей придется весь день находиться рядом с этим упрямым аристократом. При отравлении эликсиром Брюнеллы в течение нескольких часов весьма вероятны рецидивы, а после двух «больших чисток» его организм потерял кучу энергии и нуждается в подпитке напрямую от ауры целителя. Разумеется, продлится это недолго, но ближайшие четыре - пять часов ему крайне нежелательно отходить от нее дальше пары десятков метров.

– Благодарю вас, - Очнувшийся имперец продолжал сохранять дружелюбно-вежливый тон. Вы второй раз меня спасаете. Почему?