В эту игру мы с родителями играли давно. Я имел возможность и право жить суматошной жизнью студента. Папа с мамой, в свою очередь, держали сына на длинном поводке. Они уважали меня и их нотации были лишь напоминанием о взятой на себя ответственности: в случае задержки я должен был поставить их в известность. Сегодня я этого не сделал, за что и получил выволочку.

Такое случалось достаточно регулярно. Но все разбирательства прекращались, как только я соглашался с родителями. Будучи достаточно демократичными, они этим довольствовались, а я в очередной раз мечтал перебраться жить в общагу. Но быстро, буквально за час, «остывал» и снова видел преимущества своего положения.

Наша трехкомнатная квартира была обычной планировки: небольшой Г-образный коридор; сразу направо — кухня, рядом с ней зал. Одну спальню занимают родители, другую — сестра. Надьке скоро шестнадцать и она «классный парень»: умеет хранить тайну, да и совет даст насчет девчонок, если надо. С ней было так здорово шептаться по ночам, что я даже обиделся, когда родители вдруг вытурили меня в зал: мол, девочке нужна отдельная комната.

Повинуясь отработанной за последние годы привычке, я механически разобрал постель, разделся, залез под одеяло.

Сна не было. Я перевернулся на другой бок, положил голову на вытянутую руку. Потом втиснул между ними подушку. На какое-то время удавалось забыться, но потом четкое, ясное сознание вновь напоминало о себе.

Сбросив подушку на пол, я улегся на живот. Подушка тихо лежала на полу — я мерно сопел на кровати, время от времени раздвигая ресницами неподвижный воздух.

Измаявшись, я прибегнул к последнему средству: развернулся на диване так, что ноги и голова поменялись местами. Обычно это помогало.

Провалявшись часа два, я не выдержал. Встал, подошел к окну. Ночь выдалась безоблачной. Хотя на земле не происходило ничего интересного, в небе ярко — ярче, чем когда-либо раньше — горели звезды.