Мытьем и натиранием полов занимались два странных существа, плоды любви лешего и русалки. Предположительно это были существа женского пола. От матери они унаследовали зеленоватую кожу и хвост, а от отца уродливую внешность и древообразные верхние конечности. Жить в воде, как русалки, они не могли, но в лесу не могли тоже, из-за отсутствия ног. Интеллектом они не пошли ни в маму, ни в папу и были беспробудно тупы, единственно, что они умели делать и делали хорошо, это мыть и натирать, чем они и занимались.

Садом занимался тот самый леший, дети которого мыли полы в замке. Делал он это из-за детей или еще, по какой причине Аврора не знала, но сад был если не в идеальном состоянии, то очень ухоженным. Лешему помогал старый эльф, которому люди забавы ради в молодости обломали крылья. К своим сородичам вернуться ему не позволила гордость, и он остался в замке, где его вылечили. В его обязанности входил уход за цветами и помощь лешему.

Одним из немногих нормальных существ в замке был дракон Кован. Почему он служил им, Аврора тоже не знала, но она очень любила дракона. Они часто летали с ним гулять или по делам. Девушка баловала дракона пирогами с черникой, которые он очень любил.

В столовой за большим столом уже сидела Селена, но девушка не сразу узнала мать. Та выглядела как молодая белокурая нимфа, одетая в ничего не прикрывающие тряпочки.

— Доброе утро, мама, — сказала Аврора и села на другом конце стола. Завтракали они молча.

— Ты же сама хотела, чтобы я занялась своей внешностью, — хмуря прекрасный лобик, сказала нимфа.

— Но мама, зачем же скатываться до такой пошлости, — воскликнула девушка: — Неужели нельзя было просто привести себя в порядок? Или, на крайний, случай выбрать что-нибудь менее экстравагантное.

— Тебе хорошо говорить, — рассержено сказала Селена: — Ты выглядишь прекрасно без всякого колдовства, и тебе нет необходимости прибегать, как ты говоришь к пошлости.