Чем дольше она говорила, тем меньше оставалось в голосе искренних детских интонаций. Он становился глубоким, металлически холодным. "Звуки и запахи влияют на человека гораздо больше, чем визуальный ряд", - объяснял как-то Старший. Ну, что ж, изменять свой запах по желанию Янош еще не умела, но вот проворачивать такие несложные штучки с голосом научилась уже года три назад. На родителей это, конечно, не действовало, но на всяких посторонних, особенно чистокровных людей - вполне.

   - Испытать? - Виктор выглядел изрядно сбитым с толку. Только что перед ним сидела веселая синеглазая девчонка со смешными косами цвета спелой пшеницы, а теперь вдруг она превратилась в хладнокровную расчетливую девицу. Мелкого роста, правда, но явно из той рано взрослеющей породы, представители которой никогда не позволяют вмешиваться в свои дела какой-то там службе опеки. - Как?

   - Дать задание и посмотреть, насколько быстро я доставлю посылку.

   - За двадцать минут - в любую точку города?

   - Не больше, чем за двадцать минут, - Янош еще раз припомнила карту города и уточнила: - В кварталы с первого по шестой - наверное, подольше. Там ограничение по скорости.

   Виктор с сомнением снял очки и повертел их в руках. Глаза у него оказались серые, холодные, глубоко посаженные. С такими рисуют трагических злодеев в мультиках.

   Впрочем, в жизни все иначе. Самое жестокое существо, которое когда-либо видела Янош, имело облик юноши с белоснежными волосами и небесно-голубыми глазами бога милосердия.

   - То есть вы предлагаете взять себя на испытательный срок?

   - Ага.

   - На день?

   - Хотя бы на один заказ, - белозубо улыбнулась Янош.

   Молчание затянулось. Виктор задумчиво прикусил дужку очков, обвел взглядом захламленный стол и вдруг решился:

   - Ну, хорошо. Я дам вам одно задание. Если справитесь - заключаем контракт. Если нет - поищете другое место работы, хорошо?