Он быстро обнял ее за плечи правой рукой, намереваясь поцеловать. С легким криком она ударила его в лицо массивными браслетами, обвивавшими ее свободную руку.
– Калот! – воскликнула она. – Стража! Спешите на защиту принцессы Птарса!
В ответ на ее призыв дюжина воинов кинулась, обгоняя друг друга, через алый газон, сверкая на солнце обнаженными мечами. Металл их снаряжения бряцал по кожаным доспехам, и зрелище насилия над принцессой исторгало у них крики мести и возмущения.
Но не пробежали они еще и половины пути через королевский сад, где Асток из Дузара все еще держал в своих объятиях сопротивлявшуюся девушку, как другая фигура выскочила из плотной листвы кустов, частично скрывавших золотой фонтан. Это был высокий стройный юноша с черными волосами и проницательными серыми глазами, широкий в плечах и узкий в бедрах, сильный воин. Его кожа имела лишь легкий медный оттенок, отличающий красных людей Марса от других рас, заселяющих умирающую планету, – он был похож на них, и все же существовала еле уловимая разница, и это было нечто большее, чем светлый цвет кожи и серые глаза.
Была разница в его движениях. Он двигался большими прыжками, и скорость движения воинов была ничтожна в сравнении со скоростью этого человека.
Асток все еще держал Тувию за талию, когда молодой человек предстал перед ним. Пришелец не терял времени зря, он произнес лишь одно слово: «Калот!», и его сжатый кулак опустился на подбородок противника, подняв его высоко в воздух и отбросив в самый центр цветущего куста пималии у скамейки из эрепта.
Защитник обернулся к девушке.
– Каор, Тувия из Птарса! – воскликнул он. – Кажется, судьба вовремя принесла меня сюда.
– Каор, Карторис из Гелиума, – ответила девушка на приветствие молодого человека, – что же еще можно ожидать от сына такого отца?
Он поклонился в знак признательности за похвалу, адресованную его отцу, Джону Картеру, военачальнику Марса. В этот момент к ним приблизилась запыхавшаяся стража, а принц из Дузара, у которого изо рта шла кровь, выполз из кустов пималии. Меч его валялся в стороне.