Эдвардс и Чемпэн вышли, прикрыв за собой дверь в гостиную. Рудольф Кессельбах подошел к окну и прислонился лбом к стеклу. Снаружи, внизу, экипажи и автомобили катили по улице двумя параллельными потоками, отмеченными двойной линией ограждения. Ясное весеннее солнце сверкало на металле и лакированных поверхностях. На деревьях распускалась еще робкая листва, почки каштанов раскрывали первые лепестки.

— Что там возится этот Чемпэн? — прошептал Кессельбах. — Сколько можно переговариваться!..

Он взял со стола сигару и, прикурив, выпустил кольцо дыма. И тут у него вырвался негромкий возглас. Возле него стоял человек, которого он не знал.

Рудольф Кессельбах невольно отступил на шаг:

— Кто вы такой?

Незнакомец, корректно, несколько даже элегантно одетый мужчина, черноволосый и черноусый, с твердым взглядом, иронически усмехнулся.

— Кто я такой? Полковник, которого вы ждете.

— Ну нет! Человек, которого я так называю, который подписывает свои письма этим именем… такой условной подписью… вовсе не вы.

— Совсем наоборот… Тот, другой, не более чем… Впрочем, дорогой мсье, это не имеет никакого значения. Главное — в том, что я… это я. И могу поклясться, что это так.

— Но тогда, мсье… У вас есть имя?

— Полковник. До нового распоряжения, зовите меня так. Господина Кессельбаха охватила растерянность. Кто этот незнакомец? Чего он хочет?

Он позвал:

— Чемпэн!

— Какая странная идея — звать кого-то еще! — заметил на это чужак. Разве вам недостаточно моего общества?

— Чемпэн! — повторил господин Кессельбах. — Чемпэн! Эдвардс!

— Чемпэн! Эдвардс! — в свою очередь воскликнул незваный гость. — Где же вы, друзья мои?! Вас зовут!

— Сударь, я прошу вас, я требую дать мне пройти.

— Но, дорогой мсье, кто же вам препятствует?

Он вежливо отстранился. Господин Кессельбах подошел к двери, распахнул ее и тут же отскочил назад. По ту сторону стоял другой незнакомец, с пистолетом в руке.