Чалый звездолет, всхрапывая и тряся соплами, пятился от Гончих Псов.

Впрочем, пятиться дальше было некуда — позади хищно скалилась протуберанцами Большая Медведица: саму Медведицу из-за её безразмерной пасти видно не было… Да и фиг с ней, с той Медведицей: позади были карточные пираты! Что, несомненно, являлось для капитана Ивана Кармикова (тридцать лет, рост сто девяносто, косая сажень в плечах, волевое лицо, глаза серые, не женат) гораздо большей неприятностью, чем Гончие Псы, Большая Медведица и Похмельный Стрелок вместе взятые. Потому как от звёздных монстров — при удачном повороте дел — можно было откупиться ненужными членами экипажа, а пропажу списать на несчастный случай: вывалились в иллюминатор и всё тут… или прикинуться дохлым, звёздная братия дохлые космолёты не всегда кушала, иногда брезговала… или аккуратно взорвать двигатели и сделать вид, что ты новая маленькая звезда. А маленьких не обижают!

В общем, имелись варианты.

Но спастись от карточных пиратов нормальному звездолёту было практически невозможно: свою жертву они всегда преследовали до конца! Потому что карточным пиратам и самим деваться некуда, прибьют в случае неудачи — те, кому они в карты проигрались на одно желание… Вот и звались такие отчаянные пираты «карточными». Иногда — «забубёнными». По разному звались, но суть у них всегда оставалась одна: нехорошая. Мало ли какого туза навесили им выигравшие!

— Помощник, что там с Гончими Псами? — свирепо крикнул Иван в микрофон, — сколько до них?

— Один световой фут, сэр капитан, — донеслось из динамика.

— Точнее! — рявкнул капитан.

— Двенадцать световых дюймов, — отрапортовал Помощник. — Э-э… виноват, сэр капитан, всё забываю, что вы из российской директории и не запрограммированы на английскую систему мер: ноль целых запятая три тысячи сорок восемь свето-метра! С хвостиком.

— То-то же, — успокоился Иван. — Тридцать сантиметров, это ещё куда ни шло… Можно и водки выпить, — капитан приложился к пластиковой фляжке, висевшей у него на боку.