- Силен, зверюга!

Работавший за соседним станком Николай Вехов усмехнулся.

- Одобряешь?

- Точность выдерживает астрономическую. А уж скорость можно дать - будь здоров! Как космическая ракета. Я так и хочу его назвать - "Ракета".

- У него, брат, другое название: "Один к шестьдесят одному".

Николай отличался рассудительностью и, как бригадир, не без оснований опасался полета фантазии у Коли Маленького.

В ответ тот небрежно махнул рукой.

- Не звучит! Скучное название.

- Ты только смотри, чтоб на твоей "Ракете" резцы не полетели.

- Все на высшем техническом уровне, - шутливо ответил Коля Маленький. - Консультант - трижды лауреат, заводской премии товарищ Куклевг Вот они, кстати, сами. В масштабе один к одному.

К друзьям подошел Илья Куклев, невысокий, широченный в плечах парень, на могучей шее - круглая, под короткий бобрик подстриженная голова.

И лицо у него было круглое, румяное, с широким носом и толстыми губами. Куклев был страстный рационализатор, "мозговой трест" бригады, как его окрестил Коля Маленький.

- Все треплешься? - добродушно, но без улыбки спросил он.

- Что вы, доктор! - все тем же шутливым тоном откликнулся Коля Маленький. - Просто характеризую вашу личность.

- Ладно уж. Пошли обедать. Где остальные?

Был тот редкий случай, когда вся бригада Николая Вехова работала в одну смену.

О чем-то споря, подошли долговязый Борис Нискин и Василий Таран. Василий, стройный чернобровый красавец в берете, пестрой тенниске и щеголеватых узких брюках, беззаботно и весело говорил: