Вертолет провалился вниз и почти сразу же закачался на поплавках.

Игореха ждал похвалы, но ее не последовало: Ирина копалась в снаряжении и не обратила внимания на мастерскую посадку.

Двигатель вертолета немного поурчал на малых оборотах и смолк. Стало тихо.

- Как шумно! - поморщилась Ирина и потерла уши. - Всегда у вас так или что-нибудь испортилось? - При этом она глянула на Игореху потрясающе невинным взглядом.

- Испортилось! - рявкнул Игореха, натягивая изолирующий костюм, Натянул сам, помог натянуть Ирине. Пристегнул и ей и себе остальное снаряжение. Отвинтил с канистры пробку, протянул канистру Ирине. Та понюхала, поморщилась:

- Это что? Я должна это, значит, проглотить?!

Вместо ответа Игореха пожал плечами: ничего не поделаешь, придется глотать. И еще он вспомнил, что час назад, до огненного столба, все было легко и просто, а теперь напряжение между ним и девушкой растет с каждой минутой, происходит нечто небывалое, огромное, непонятное и таинственное. Отчего упорно хочется делать вид, что тебе на все наплевать, вымучивать у себя равнодушную улыбку, и это именно в тот момент, когда внутри все горит и рвется!..

Игореха тяжело вздохнул и соскользнул в воду. Подождал, пока наполнятся водой жабры, и сделал два больших глотка пластика из канистры.

- Ну как? - поинтересовалась Ирина.

Но Игореха замотал головой и показал на губы: с залитыми пластиком легкими он говорить уже не мог.

- Ладно, - смирилась Ирина. - Сама виновата, теперь поздно отступать... Соскользнула из кабины в воду, зажмурилась и осторожно пригубила из канистры.

Игореха прощупал грудную клетку девушки (потрясающую!) и жестом показал, что нужно глотать пластик еще, не то эта потрясающая грудная клетка прогнется под давлением воды. Ирина запротестовала, попыталась ретироваться назад в вертолет, но Игореха поймал ее за руку и стянул в воду.