Мак-Грегор выкрикнула:

— Я… я убью этого Кларка! Я убью его! Я… убью…

— Давай не убивать его, — тихо сказал Тони. — Давай попробуем обратить его в нашу веру.

Внезапно Мак-Грегор разразилась рыданиями. Один мудрый человек однажды сказал, что женские слёзы — те же слова. Они облегчают её страдания и являются заменителем мести. Плачущая женщина не совершит преступления. Мак-Грегор беспомощно всхлипывала. Тони опять спросил:

— Где видеозвуковая упряжка, которую Дуг собирался испытывать после того, как закончатся все эти эксперименты с кроликом?

— Не всё ли равно? — Мак-Грегор продолжала всхлипывать.

— Это следующий пункт нашей программы, сказал Тони ровным голосом, как будто говорил о самых обычных вещах. — Сначала нам надо было увериться в том, что предметы можно перемещать во времени. Мы переместили их несколько сот. Нам надо было знать, что их возможно вернуть обратно. Мы знаем это. Два или три из них вернулись. Нам надо было выяснить, возможно ли жить в том месте, куда мы их посылаем. Кролик только что доказал это благодаря микрофону. Следующий наш шаг позволит обнаружить, куда мы их перемещаем и как перемещать их туда, куда мы хотим. Это нам еще предстоит узнать, прежде чем мы сможем применять Туннель по его прямому назначению. Лично я думаю, что шансы просто великолепные.

Мак-Грегор взглянула на него глазами, полными слёз:

— Дуг… Доктор Филипс не переживёт этого! — Она опять заплакала. — Это вся его жизнь — Туннель! У него ничего больше нет…

Тони пожал плечами.

— Куда он положил упряжку? — нетерпеливо спросил он. — Сюда?

Одной из очередных предосторожностей обеспечения безопасности было то, что всё оборудование хранилось в зале Туннеля, и потому очень немногие люди имели доступ с тех пор, как он был пущен в действие. Инструменты в углу явно указывали, что кое-какую работу приходилось вести самим сотрудникам.