Лицо Дуга было смертельно бледным. Кирк тяжело дышал. Он перевёл дыхание и ругался. Они стояли смертельно испуганные, безмолвные. Сенатор не мог отдышаться, возможно потому, что торопился сюда успеть вместе со всеми, но, возможно, и потому, что был в ярости от того, что всё, чего он боялся и против чего так яростно возражал, сейчас стало свершившимся фактом.
Из громкоговорителей опять прогремел голос Тони:
— Это… ещё что такое?
На телевизионном экране появились три качающиеся ветки. Явственно слышался шорох листьев. Тони снова заговорил:
— Это… это странно!
4
И это, действительно, было странно, потому, что вокруг не было ничего необычного. Росли деревья, но все они были им знакомы. Сосны, буки, дубы, берёзы. Рядом произрастал кустарник. Пахло опавшими листьями. Тони видел клочки туч на небе. Был либо полдень, либо на несколько часов позже. По облакам он ясно видел, какая будет погода. Облака были высокие, сквозь них проглядывало голубое небо, но издалёка наползала туча, предвещавшая дождь.
Местность понижалась. Небольшие овраги были полны водой. Все растения говорили о поздней весне, хотя во времени проекта Тик-Ток стоял август. Тони с удовольствием разглядывал все детали.
В голове не укладывалось, что всего десять минут назад он находился в зале Туннеля Времени, в тысяче футов под землёй и с мёртвой пустыней над ним, на которой не росла даже полынь. Он мог путешествовать в любом времени. В любом! Но если Мак-Грегор не настроила ручки пульта так, чтобы он очутился точно в том месте, где был убит кролик, и где он мог дышать, он запросто мог бы очутиться в холодном космосе, у ядра Земли, на другой планете — где угодно.
Но здесь пели птицы. Здесь царило спокойствие. Здесь было всё так знакомо, что Тони даже смутился. В Туннеле Времени ему казалось, что может произойти всё, что угодно. Он готовил себя к неожиданному, примечательному, по крайней мере, к незнакомому.