– О нашем приезде уже знают, – констатировала она.

– Доставай чемоданы, – проворчал Питер.

Найдя в глубине гаража лифт, они вошли в кабину, и Питер ткнул в верхнюю из двух кнопок. Кабина поднялась, дверцы вновь открылись, и гости очутились в обширном зале под сводчатой застекленной крышей. Питер скептически воззрился на буйную комнатную зелень, толстые бурые ковры, роскошную деревянную обшивку стен и книжные полки, забитые томами в кожаных переплетах. Довершали интерьер огромный камин и Эдвард Колин Стюарт, который, услышав шум лифта, поднялся из кресла в противоположном конце гостиной.

– О, Экс! – заулыбался Питер и поставил чемоданы на пол.

Эдвард К. Стюарт бодро двинулся навстречу вновь прибывшим. Друзья обменялись рукопожатием.

– Привет, Питер.

– Будь я проклят, да ты ни капельки не изменился!

Все тот же стройный крепыш, с нисколько не поредевшей светло-песочной шевелюрой и пышными стрельчатыми усами, Экс и одевался так же, как десятилетие назад – в джинсы и черный жилет поверх приталенной бордовой сорочки. Энергичный, собранный, опрятный.

– Ни черта не изменился, – повторил Питер.

– К сожалению, – ответил Экс. – По-моему, людям положено со временем меняться. – Взгляд его синих глаз был по-прежнему непроницаем. Он повернулся к спутнице Питера и представился: – Э. К. Стюарт.

– О, пардон, – спохватился Питер. – Кэти, моя жена.

– Рада познакомиться, – сказала она, с улыбкой подавая руку.

– А где Стив? – спросил Питер. – Я чуть не врезался в его «фольксваген» от удивления, увидев в гараже этот драндулет. Сколько он на нем ездит? Лет пятнадцать или больше?

– Немного меньше. Он где-то поблизости. Вероятно, дегустирует напитки.

Искривившийся уголок Эксова рта сказал Питеру гораздо больше, чем сама фраза.