Пытался наблюдать из-за штор. Но вроде ничего подозрительного. Вокруг черепичные крыши, одноэтажные домишки. Улочка тихая, абсолютно безлюдная. Только пацанва и шмыгает на роликовых коньках. Поди разбери, кто тут и где укрылся. Битый час провалялся на кровати, позволял Росите глазеть на свои носки. Придумали же однако имечко! Медуза и есть медуза…

Пытался побольше бродить по саду. Если не двигаться, то хоть волком вой. Здесь почему-то ни турников, ни других спортивных снарядов. Росита скачет за мной, как привязанная. Напоминает большую стеклянную лягушку, но ногой не давится. Пробовал запирать ее в шкафчик, начинает мяукать. А вечером доставили с нарочным очередной пакет, и сразу полегчало. Пересчитал принесенное, сложил с тем, что уже накопилось, и еще раз пересчитал. Снова на всякий случай проверил на просвет. Вроде настоящие. Даже непонятно, чего ради люди отстегивают такие бабки. Явно ведь надувают, но в чем именно?

Ждал, когда по телевидению покажут полуфинальные бои. Полутяжи — моя любимая категория.

Ночью приснилась какая-то чушь. Был птицей, летал и свиристел, как ненормальный. И даже вроде как смеялся. Проснувшись, набросил на себя халат и выбрался на крыльцо. Глядел на звезды и гадал, зачем я это делаю. Небо, как небо. Этакий выкрашенный в черную окраску дуршлаг с серебристыми дырками. Предположил, что, может быть, через эти дырки и льется на землю дождь? Если так, тогда понятно, почему дождь — не водопад, а только огромное количество струек. Интересно, догадается ли об этом кто-нибудь кроме меня?.. Стеклянная диковина сидела рядом и тихо мурлыкала. По-моему, теперь она напоминает кота. Или кошку, не знаю.

28 июля

Сидней спрашивал по телефону, чем я тут занимаюсь и неужели меня совсем не интересует, что собой представляет их лучшая биомодель? Подумав про себя, что биомодель — не фотомодель, вслух я что-то согласно промычал.