Должен ли жалеть офицер Свода Равновесия о том, что за последние девять лет он сменил больше имен, чем портовая шлюха клиентов в канун первой недели месяца Асон? Нет, ибо офицеры Свода Равновесия не должны жалеть ни о чем.

Тот душевный орган, каким люди жалеют, обычно отмирает за ненадобностью у офицеров Свода еще на Высшем Цикле обучения. Но Эгин жалел. Потому что у него душевные органы еще не отмерли окончательно.

– Добро пожаловать в Ваю! – Вица, местный градоуправитель, хозяин зычного баса, подал руку Эгину, преисполняясь самыми верноподданническими чувствами.

Толстяк и нарочитый простак Вица конечно же знал, что перед ним за фазан, подпоясанный мечом ценой в полтабуна породистых скакунов. Тайный советник, даже такой молодой и белобрысый как Эгин – это всегда человек Свода. А Свода Вица боялся как дети боятся темноты. Как животные огня. Как рыбы – мертвых песков пустыни Легередан. У Вицы для этого были все основания. Как и у всех прочих граждан Великого Княжества Варан.

Эгин прибыл в Ваю не один. Его двадцатитрехлетний помощник по имени Есмар был, как и Эгин, офицером Свода.

Две черных косы. Короткий меч северного образца с выщербленным у самой гарды лезвием. И неискоренимая страсть лезть под юбку к каждой встречной особе женского пола. Лезть, не страшась ни Уложений Жезла и Браслета, ни детин с дубинами и колунами – братьев, мужей и свояков приглянувшейся прелестницы.

Разумеется, имя Есмар тоже являлось поддельным. Его истинное имя, с трудом уместившееся на его Внешней Секире, за полной неудобопроизносимостью Эгин так и не запомнил. Какой-то там «Неферна-тра-та-та-и-Пайпалассил», что ли. Древнее, очень древнее ре-тарское имя, которое Отцы Поместий раскопали среди своих излюбленных из-за полной запретности для простых смертных писаниях.