В общем, хорошая у нас команда. Только отсутствие К.Гордона Петчера резало глаз-- он просто обязан был лететь вместе с нами. Не то чтобы мы не могли без него обойтись: я буду командовать отрядом в любом случае, в присутствии Петчера или без. Полевой этап расследования-- моя забота. Но всегда лучше иметь под рукой кого-то из членов комитета, чтобы спихнуть на него контакты с прессой. Какого черта, интересно, он решил непременно дождаться утра в Вашингтоне?
Впрочем, я недолго размышлял над этим вопросом. Как только откинулся головой на спинку кресла, так почти сразу и уснул.
Я шагнул на ступеньки трапа с остекленелыми со сна глазами и попал прямо в ослепительное сияние телевизионных прожекторов. Они столпились у подножия трапа-- сотни репортеров, слетевшихся аж из Портленда и Санта-Барбары. Все эти умные молодые люди и леди протягивали к нам микрофоны и засыпали нас глупыми вопросами.
Обычный ритуал: пляска смерти в современном варианте. Выпуски теленовостей немыслимы без картинок-- неважно каких, лишь бы чем-то оживить репортаж. Авиакатастрофы в этом смысле материал невыигрышный. Все, чем репортерам удастся разжиться для ближайшего выпуска новостей,-- это невразумительные ночные снимки места происшествия, то есть груды покореженных обломков (с целым крылом или хвостом, если повезет), да снятый с высоты вид на вспаханную самолетом землю. А тут появился шанс запечатлеть команду, прилетевшую из Вашингтона наводить порядок. Конечно же, редакторы выпусков выберут в первую очередь кадры с людьми-- поэтому мы вынуждены были пробираться от самолета к вертолету сквозь строй телевизионных камер, изобразив на лицах натянутые улыбки и не говоря ни слова.