В общем, с какой стороны ни смотри, раб ему был абсолютно не нужен. Однако он его купил.

Стоял гадкий весенний вечер. Красным шаром висело на небе предзакатное солнце, отражалось зловещими огненными отсветами в оконных стеклах и пластинах слюды. Из вонючих подворотен падали длинные синие тени, от них веяло зимним холодом. Ветер дул с моря порывами, срывал шапки с запоздалых прохожих, раскачивал тела висельников на рыночной площади, они дергались как живые, и черные вороны кружились над ними, не решаясь присесть.

Ни один уважающий себя начальник в такую погоду лично в дозор не вышел бы, отправил подчиненных.

– Эй, командир, тебе-то что под крышей не сидится? – окликнул Йоргена старший разводящий Кнут. Обращение было отнюдь не уставным, но они слишком много раз спасали друг другу жизнь, чтобы соблюдать глупые условности. – Ладно мы, люди подневольные, но ты-то сам себе хозяин, неужто охота мерзнуть?

Ответом ему был печальный вздох. Вовсе не мерзнуть хотелось Йоргену, а спать, потому что минувшей ночью случилось серьезное сражение у северных ворот, а наутро королю Видару приболело устроить импровизированный рыцарский турнир. Обычно среднего сына ландлагенара Рюдигера к дворцовым развлечениям не привлекали, довольствовались обществом старшего, лагенара Дитмара (младший, богентрегер Фруте, по молодости лет пока не был взят ко двору). А тут, как назло, вспомнили! Как ни старался Йорген отвертеться, ссылаясь на то, что в рыцари не посвящен, – не удалось. И вместо заслуженного отдыха пришлось целый день бездарно махать мечом и копьем. Но это еще полбеды. Потому что за турниром всегда следует бал. И вот что удивительно. Как только дело доходило до танцев, изящно сложенный, ловкий и проворный Йорген, даром что рожден был от женщины-нифлунга, становился неуклюжим аки деревенский увалень: в такт музыке не попадал, не умел запомнить ни одной фигуры и на ноги дамам наступал так часто, что те начинали подозревать его в дурном умысле. Ясно, что балы к числу его любимых развлечений не относились, и, отправившись в дозор, он просто предпочел меньшее из зол.