Шаман коснулся их сознанием и направил в сухие артерии поток своей энергии. Исполинские сердца пробудились и загудели тихим и мощным звуком. Храм молчаливо сообщил, что Врата в Смерть пришли в негодность и требуют замены, после чего вопросил у Трэрга, что ему делать. Шаман приказал доставить их в пустыню. Стальной склеп едва заметно дрогнул и поплыл вверх. Выйдя из Проклятого Храма, Трэрг лишил сердца склепа незримой крови, заставив холодное творение некромантов погрузиться в вечный безжизненный сон.

* * *

На поверхности их уже ждали. Едва Трэрг с Айлани ступили на пески Ратхаш, из древних руин отовсюду хлынули черные культисты с кривыми саблями наголо. Не меньше тысячи закутанных в черные плащи песочников молча рвались в атаку на двух окруженных людей.

— Великие Боги! — ахнула девчонка. — Какая жестокость! — Она указала рукой в толпу черных балахонов: — За что они так возненавидели своего соплеменника?!

Позади ощетинившейся саблями толпы, молча рвущейся к Проклятому Храму, два десятка черных к’Зирдов тащили небольшой плоский обломок развалин. К его поверхности был пригвожден тот самый песочник, которого Трэрг перед походом в Храм оставил отпугивать остальных. Собратья разложили его звездой, пронзив живот и конечности железными кольями, и теперь тащили вслед за кипящей бесшумной яростью атакой.

— Вероятно, он слишком усердно исполнял мой приказ, — хмыкнул шаман, — и позволил себе усомниться в светлых идеалах черных балахонов. Упорный оказался воин, раз они сотворили с ним такое. Великая редкость для трусливых к’Зирдов.

Тем временем колышущееся море закутанных в черное культистов было уже совсем близко, и девчонка на всякий случай проворно спряталась за спину Трэрга. Тот мысленно одобрил ее благоразумие. Глупо лезть в битву, не будучи воином, ему это ничем не поможет, а лишь добавит забот.

— Обхвати меня сзади и прижмись крепче, — велел ей шаман, — мы должны быть схожи с единым целым. На всякий случай.