— Кто? — не сообразил Кар-Сэрс, удивившись вопросу.
— Да оборотни, — я кивнула на плакат.
— Ну… — Чет почесал в затылке, припоминая нужные сведения. — Есть в народе байка, что мол, у одной женщины волки ребенка похитили и воспитали. У него шерсть выросла, клыки и всякое прочее.
— А еще что говорят? — быстро спросила я.
— Всякое говорят, — махнул рукой Чет. — На самом деле никто не знает, откуда оборотни взялись. Да и другая нечисть тоже.
Неожиданно за занавеской в проходе послышалось на удивление знакомое хихиканье.
— Торни, — догадалась я.
Кар-Сэрс, нахмурившись, пошел к занавеске, но когда он отдернул ткань, там уже никого не было.
— Какая-то она глупенькая, — наморщилась я. — Хихикает постоянно…
— Она подруга Луэллы, — задумчиво проговорил Чет, вертя в руках указку.
— Ну и что? — пожала плечами я.
— Ничего, — подозрительно небрежно ответил Кар-Сэрс. — Абсолютно ничего…
7
Вечером, когда уже порядком стемнело, мне надоело сидеть в своей темной комнате, и я, накинув полушубок, шапку и сунув ноги в валенки, вышла на улицу. Сугробы серебрились под ярким лунным светом, звезды ярко сияли, рассыпавшись по темносинему покрывалу неба золотыми зернами. Постояв немного и полюбовавшись пейзажем, я вышла за калитку и пошла по улице.
У меня не было особенных планов, куда идти, но, с истечением пятнадцати минут, я стала замерзать и решила, что было бы неплохо сейчас выпить чего-нибудь горяченького, например, сбитень. В Прокопова была харчевня — маленький, тесный и грязный деревянный домишко, заставленный круглыми столиками и колченогими табуретками. Приличная девушка туда бы не отправилась ни за какие коврижки, но выбирать не приходилось. Либо сидеть в тепле и попивать сладкий напиток, либо возвращаться в холодную комнату и грезить о лучших временах.