- Да, - кивнул абва. - Или.

- Так, значит, ты идешь к Источнику!

Абва ничего на это не ответил, а только осмотрелся по сторонам. Но мы были одни, ибо довольно-таки далеко отошли от лагеря, никто не мог нас слышать, и потому я повторил вопрос:

- К Источнику?

Он не кивнул. Но и не возразил. Мне было довольно такого ответа. Я встал...

А он сказал:

- Наш повелитель еще жив. Но так как он опасается, что известие о его болезни может пошатнуть боевой дух вверенного тебе войска, то он и повелел прекратить с тобой всякую связь. Вот и молчат сигнальщики. А если бы он даже и умер, то что с того? Ведь ты можешь вернуться в Наиполь только победителем, ибо только в этом случае плебс будет ликовать и призывать тебя на трон, а члены Благородного Синклита...

- Замолчи!

- Молчу, молчу! - насмешливо ответил абва. - Зачем мне говорить? Тем более, зачем мне тебя о чем-то спрашивать, когда я и без того уверен, что ты не передумаешь и что бы теперь ни произошло, о чем бы тебя ни известили, ты уже не повернешь назад и не успокоишься до тех пор, пока не покоришь ерлпольцев. А если это так, то тогда зачем же мы с тобой сейчас теряем драгоценное время на пустые разговоры? Нужно спешить, ибо только внезапность может принести тебе удачу. Так возвращайся в лагерь и приказывай, чтобы немедленно...

- Молчи!

Он замолчал. Урод! Подлец! Ух-х, как я его ненавидел! И я бы... Я...

Нет, ничего я с ним не сделал. Вернулся в лагерь и велел трубить побудку. А уже через час мы взошли на корабли и двинулись вверх по реке. А еще через день на правом берегу этой реки нашим взорам открылся первый варварский город. Это был Ровск, а ярлом там был некто Гурволод. Согласно имевшимся у меня агентурным данным, этот Гурволод стар, ему уже под семьдесят, он мстителен, хитер, лжив, жаден, лишнего не пьет, вдов, у него трое сыновей... ну, и так далее. А Ровск - по их, по-варварским понятиям это довольно-таки крупный город.