— Ты немного запоздал, Михаил, — банкир сдвинул ксерокопию приказа на край стола, — я решил продать свой завод, но не успел предупредить тебя. — Он улыбнулся. — Это первое. Второе, — банкир взял последний лист приказа. — Где ты увидел название моего предприятия?

— Ну как же? — Косоглазов встал и указал на третью строчку.

— Прочти вслух, — терпеливо попросил Матиас.

— НПО «ПриборЭкспо», п/я 172, — подчинился майор, ничего не понимая.

— "Почтовый ящик", — расшифровал банкир. — Закрытое учреждение, оборонка, Москва. Я же купил грозненский ЗАО «Прибор-Экспорт». Гроз-нен-ский!

«Черт!» — качнул головой Косоглазов. Лишняя пара букв в названии и незаметный дефис фактически лишили его денег. Зря старался, удрученно подумал он.

В комнате на несколько мгновений воцарилась тишина, после чего Косоглазов сделал попытку атаковать:

— Алексей Михайлович, вы не говорили о том, что завод в Грозном. — И прикусил язык: в списке вообще не упоминались ни города, ни села.

— Но все равно — спасибо. — Банкир открыл ящик стола и сунул в конверт пару стодолларовых купюр.

Выпроводив майора, Матиас срочно вызвал к себе шефа своей службы безопасности.

Герман Адамский явился через пару минут. У него был свой, не менее роскошный кабинет, только без книжных шкафов, расположенный этажом ниже. Адамский был в курсе всех проблемных дел своего босса, порой реагируя на них намного раньше. Его сотрудники выявили на ранней стадии три покушения на жизнь банкира. Хотя МВД, ФСБ и Генпрокуратура такими сведениями не располагали.

Герман сел напротив и взял предложенные шефом бумаги. Он прочел приказ и пояснения к нему дважды. За это время банкир успел выпить бокал шампанского, чуть приправленного коньяком.

— Отметил ответственное лицо за проведение антитеррористических учений? — поинтересовался он, отставляя бокал в сторону.