— Оставь ребенка, — сказал, наконец, Эрдо.

— Какая ей разница? Осталось два часа. Она впервые в жизни надела красивое платье и вдоволь наелась сладкого. Ты любишь дядю Анартаи, солнышко?

— Очень.

Маленькая девочка подходит к машине, и седеющий мужчина наклоняется к ней, чтобы принять букет из ее рук. Девочка видит его глаза, ярко-зеленые, как два драгоценных камешка — глаза очень красивые.

Взрыв.

В военном атомнике мчится из Хораннета в Кестис Неггел молодой человек в чине полковника, с чрезмерно правильным, фарфоровым лицом матери и ярко-зелеными глазами отца — престолонаследник цесаревич Морэгтаи Данари.

Загородный особняк снаружи выглядел как дворянская усадьба, но был обставлен в купеческом вкусе — слишком богато. Первое сословие предпочитало роскоши утонченный аскетизм.

По длинному коридору, по алому ковру, гасившему звук шагов, ковылял, опираясь на трость, господин Кайсен. За последние двадцать лет он достиг необыкновенных высот в изображении старческой немощи. Рядом с ним шла его ученица, протеже и наложница, Тень Востока Ивиль, немая девушка с огромными кошачьими глазами. Она была моложе Кайсена ровно на полвека; поговаривали, что в постели он каждую ночь доводит ее до изнеможения.

Анартаи и Эрдо встали.

— А что, — издалека окликнул их скрипучим голосом господин Кайсен, — слышно, государь-то наш… благословенный государь Данараи… убит?

— Мы скорбим, — сказал Эрдо.

Кайсен остановился в дверях, прислонился к косяку.

— Не уберегли… — горько сказал он.

— Виноваты, господин Кайсен, — прошелестел Великая Тень. Серьги его печально зазвенели.

— Плохо служите.

— Виноваты, — трагическим голосом откликнулся Анартаи.

Кайсен вздохнул.

— Что ж вы натворили, мрази вы помоечные? — ласково процедил он, подходя к ним. — Так-то вы отплатили за добро старому дедушке? Я ведь вас, выблядков, вырастил, выучил…