Талию обвивал пояс из желтого металла со всякими побрякушками. Грудь чудом удерживалась в чересчур откровенном декольте. На шее, запястьях и пальцах сверкало несметное количество золотых цепочек, браслетов и колечек. Можно было подумать, будто Наташа ограбила ювелирную лавку. Выглядела она, конечно, роскошно, но зачем, спрашивается, заставлять людей ходить летом в чулках и в этих мучительных двубортных костюмах, если сама-то…

Не успела Ира прийти в себя, Наташа сбросила пакеты, швырнула сумочку на кресло, перегнулась через стойку и заявила:

— Я передумала вставлять в грудь силикон. Буду обтягивать бедра. Как Дженнифер Лonec. Кстати, запиши меня в спортзал. В лучший.

— Э-э-э… — только и смогла произнести Ира. — Вам звонил агент по «Трейдинвесту»…

— Пошли его в жопу! — приказала Наташа. — Так и скажи — пусть со своим бартером катится в задницу.

— И у вас в семь деловой ужин с «Мокка-колой»… Это важно…

— Ты уверена, что важно? — прищурилась Наташа.

— Ну, — окончательно растерялась Ира, — вы так сказали…

— Ах, я сама-то зачастую себе не верю, — хмыкнула Наташа.

— А до того у вас совещание с художественным отделом. Потом вам нужно выбрать, что показывать зубной пасте и…

— Какая ерунда! — воскликнула Наташа, вынимая из фирменной бумажной сумки новое голубое пальто с серым воротником из шиншиллы. — Отмени все эти дурацкие совещания. Пускай сотрудники отвлекутся от работы. Сходят в кино. А зубной пасте предложите любой вариант — скажите, что выбрали из ста шестидесяти вариантов.

— А… а… — растерялась Ира. — Про кино так и сказать?

— Так и сказать. Надоело, что все сидят с постными рожами… — Она замялась на секунду. — А мы с тобой сначала посмотрим мои покупки, подарим тебе что-нибудь нарядное, а потом спустимся в ресторан и я тебе кое-что расскажу. — Она подошла к Ире совсем близко и возбужденно прошептала: — Я вчера пригласила мужчину по вызову! И он у меня был.