– Это ладно, – сказал Черкашин. – Звезды, пространство… А вот как быть с остальными людьми? С зараженными, так сказать?

– С-собственно говоря, это уже не люди. Для дальнейш-шей эволюции они уже не предс-ставляют какой-либо ценнос-сти. С-сейчас они на уровне примитивной протоплаз-змы. Легкий ус-сыпляющий газ-з быс-стро ус-странит проблему.

– Вот, з-значит, как, – пробормотал Черкашин, невольно начиная шепелявить тоже.

– Пус-сть з-землянин не бес-с… бес-спокоится. Обещаю, процедура ус-сыпления будет макс-симально гуманной и без-зболез-зненной.

Больше себя сдерживать Черкашин не стал.

– Ну и гад же ты! – процедил он сквозь зубы, брезгливо разглядывая пришельца.

Глазки у того с изумлением раздвинулись.

– Что-о?! – прошипел он.

– Я говорю, гад ты! А еще подлец, стервятник и мразь! Ну, чего вылупился, бородавка вшивая?!

В глазах у Черкашина потемнело. Казалось, еще мгновение, и он набросился на пришельца с кулаками. Но и пришелец как-то весь изменился. Полы его плаща раздвинулись, будто крылья гигантской могучей птицы, и вокруг него словно бы сгустилась тьма.

– Не ш-шути так, з-землянин, – очень медленно прошелестел он зловещим голосом. – Мыс-сли мыс-слями, но слова, произ-знес-сенные вс-слух… Кос-смичес-ские з-законы…

Больше его слушать Черкашин не стал. Он схватил со стола мясорубку и сделал то, что интуитивно хотел сделать еще в самом начале этой встречи: со всего маху обрушил мясорубку на голову пришельца. Раздался треск, на пол со стеклянным звоном посыпались осколки.

– А эти мысли вы тоже угадали?! – воскликнул он злорадно. – Судя по всему, нет.

Пришелец же, обхватив лишившуюся шлема голову щупальцами, рухнул на пол какой-то неопределенной грудой и с ужасом закричал:

– Что ты наделал?!.. Ты погубил нас-с!.. Будь ты проклят!.. Будь ты… Мы… еще… тебя… Это тебе так не… Я… еще… Нет… Ты… уже… Вс-с-се… Ба… Ба… Бу…