Ньюн почувствовал беспокойство, когда ноги его ступили на твердый бетон и его окружили безобразные здания регулов. Это был совсем другой мир, решительно отличающийся от девственной чистоты гор. Здесь даже запах был совсем другим - острый запах, приносимый пронзительным ветром Кесрит, слабые испарения масла и топлива машин, мускусный запах тел регулов.
Молодые регулы смотрели на него. Они были довольно подвижны. А когда они вырастут, их приземистые тела раздадутся вширь, серо-коричневая кожа потемнеет, обвиснет от слоя накопившегося жира. И вскоре они станут такими тяжелыми, что их атрофировавшиеся мышцы не смогут поднимать их. Мри редко видели старых регулов. Сам Ньюн не видел их никогда и только слышал их описание от учителей. Взрослые регулы жили в городе, окруженные машинами, которые перевозили их, очищали воздух. Молодые регулы ухаживали за машинами и ждали, когда сами достигнут зрелости.
Молодые регулы на площади искоса бросали злобные взгляды на Ньюна и тихо переговаривались между собой. Однако они не знали, что слух у Ньюна необычайно остер и он великолепно слышит их разговоры. Обычно отношение регулов к нему совершенно не волновало Ньюна. Он не любил их и презирал за алчность, но сейчас он выступал в роли просителя; у них было то, что ему было нужно, и только они могли дать ему это. Их ненависть окружала Ньюна, как загрязненный воздух города. Ньюн накинул вуаль задолго до того, как вошел в город. Он делал так, когда в последний раз, еще будучи молодым кел'еном, приходил в город. И он тогда не знал, как поведут себя регулы по отношению к мри. Но теперь он был взрослым. Он не отводил взора от надменных взглядов регулов и большинство из них не выдерживало его взгляда и отводили глаза в сторону. Некоторые постарше и посмелее, шипели ему вслед оскорбления и угрозы, но он не обращал на них внимания. Он ведь мри, а не регул.