По другую сторону вывороченного взрывом пласта минерала привычно распустил свой султан гейзер. Планета понемногу накапливала силы, еще не зная, что теперь сюда будет прибывать все больше и больше землян, чтобы уничтожить все это и сделать Кесрит своей.

Настил подходил к бетонной стене на окраине города, местами засыпанной движущимся песком. Ступая по твердому грунту, Дункан прошел мимо обзорной площадки Нома, где возвышалась система наблюдения, и поднялся к задней двери, которой теперь пользовалось большинство землян, направляясь на "Флауэр", к аэродрому и посадочной площадке.

Дверь с шипением открылась и закрылась. Воздух Нома обрушился как шок; казалось, у него был собственный запах, запах землян и регулов. Сладковато-влажный, он заметно отличался от воздуха, что властвовал снаружи, в той напоенной светом и стужей жаре, одновременно обжигавшей и замораживавшей. Внутри были сады, которые сейчас почти не поливали растения с планет регулов, такие же важные, как и их хозяева: белый, в темно-каштановых пятнах, виноград, ронявший при малейшем прикосновении свои лавандовые цветы; поникшее дерево с редкими серебряными листьями; жесткий серо-зеленый мох. И построенные регулами холлы - высокие в центре, по крайней мере, по стандартам регулов - рослые земляне чувствовали себя здесь как в тюрьме. Сводчатые коридоры с углублением вдоль глухой стены, в котором были проложены блестящие рельсы, позволявшие тележкам регулов двигаться более быстро и безопасно. Когда Дункан повернул к лестнице, одна из них стремительно шмыгнула мимо, сделала быстрый поворот и исчезла. Судя по скорости, то была транспортная тележка, перевозившая груз.