Генрих Альтов

УГОЛ АТАКИ

(рассказ)

Я написал слово "рассказ" и подумал: какой же это рассказ, если все произошло в действительности, и я просто вспоминаю то, что было... Впрочем, странная это штука - память. Сначала она работает как старательный фотограф на снимках все точно так, как было. Но проходят годы, и память становится художником, причудливым и своенравным: что-то убирает, что-то добавляет, вдруг ярко окрашивает что-то неглавное, делает его главным, меняет лица, одежду, погоду, словом, все перерисовывает на свой лад.

Думая сейчас об этой истории, я почему-то прежде всего вспоминаю ночь перед испытанием "Черепахи". Мы сидели у самой воды и смотрели на "Черепаху". С вечера, пересилив летний бакинский зной, подул ветер, "Черепаха" тихо покачивалась в двух метрах от нас.

- Обидно будет, - сказал Яшка, - очень будет обидно, если завтра ты вмажешь в тот берег.

Тут надо сказать, что "Черепаха" была первым в мире ракетным кораблем. В наши дни это звучит вполне обыденно: ракетный корабль, кого теперь удивишь ракетами. Но я рассказываю о июле 1940 года, а в те времена слово "ракета" звучало столь же фантастично, как звучит сейчас слово " машина времени". Представьте себе, что рядом с вами стоит первая в мире машина для путешествий в прошлое и будущее, причем вы ее сами построили, и вот ваш друг предостерегает вас: "Завтра первое испытание, так ты уж, пожалуйста, постарайся не врезатьс в каменный век...

До того берега было метров двести, не больше. Как только "Черепаха" рванется, надо будет мгновенно выключить двигатель, чтобы не вмазать в бетонную стену. "Черепаху" следовало бы испытывать в море, а не здесь, в маленьком пруду на окраине загородного парка. Но это уже зависело не от нас.

Итак, был июль 1940 года. Утром должна была приехать комиссия, и мы сидели у воды и смотрели на "Черепаху". Мы строили ее целый год, а когда тебе пятнадцать, год - это очень много, это почти половина жизни.