Отсюда, с высоты семиэтажного дома открывался восхитительный вид на пробудившийся город. Далекие люди казались крохотными, как пчелы. Великие Луки были точно улей: огромное количество прямоугольных сот, и в каждой кто-то шевелился, бегал, что-то делал. Над всем этим, словно гигантская матка, возвышалась черная от времени цитадель, украшенная пятью башнями с зелеными остроконечными шатрами.

По другую сторону стены вольготно раскинулись домики с огородами, напоминая обычную большую деревню. Увы, в случае опасности дома эти, скорее всего, будут сожжены самими горожанами - чтобы атакующий враг не использовал их как укрытия. А бездомные обитатели перейдут сюда, внутрь более тесного, но зато защищенного города.

Эти размышления побудили младшего из рода Лисьиных заняться делом: Андрей внимательно осмотрел и простучал настил, проверил бревна между бойницами и под ними. Помнится, отец предупреждал, что тут дерево загнивает в первую очередь - вода затекает.

- Шатер нужно над башней поставить, - решил Зверев. - И суше, и ремонта меньше, и лишнее помещение получится на черный день.

- Андрей Васильевич! Андрей Васильевич, ты где? - услышал князь знакомый, но далекий голос, через одну из бойниц выглянул во двор:

- Я здесь, Пахом! Тебе чего?

- Сбираться надобно, княже! - резко поднял голову дядька и вдруг, протяжно вскрикнув, опрокинулся на спину, прямо в истоптанный снег. Заскреб землю руками.

- Пахом! - В груди ледяным комком прокатился страх. - Пахом, ты чего?!

Андрей, прыгая через ступени, в считанные минуты скатился вниз и, растолкав холопов, опустился возле своего воспитателя на колено:

- Ты чего, Пахом? Что случилось?

- Ты велел… С утра поторопить, княже… - сквозь зубы, с явным усилием пробормотал пожилой воин.