Пройдя сотню шагов, я оказался среди жилищ, напоминающих останки конкурса безумных строителей. В ход тут шло все, от обшивки звездолетов до пластиковых ящиков и кусков полотна. Под ногами хрустело что-то неаппетитное, а запах, исходящий от груд мусора, заставлял с ностальгией вспомнить о коллекторе.

Здесь кипела жизнь, столь же вонючая и яростная, как в какой-нибудь грязной канаве, из которой несколько миллиардов лет назад произошло все живое на Земле. Из жилищ (назвать это домами не поворачивался язык) доносились вопли, смех и ругань. – А ну стой! – сказала, выступив из мрака, широкоплечая фигура.

Язык на Земекисе не так сильно отличается от интерлинга, принятого в Федерации. – Стою! – ответил я, продолжая шагать. За спиной послышался неприятный шорох, краем глаза я заметил движение. Остановиться было бы величайшей глупостью. Вряд ли обитатели трущоб собирались обсудить со мной проблемы тепловой смерти Вселенной…

Мелькнула мысль вытащить пистолет, но я ее отбросил – то, что его аккумулятор разряжен, видно издалека и надо мной только посмеются. – Эй! – широкоплечий возмутился моей необязательностью. – Ты что… ыххх…

Удар ногой в пах оборвал возмущение. Заговоривший первым тип брякнулся на колени и выбыл из игры. Но из тьмы на меня бросились его дружки. Рассудок мой взвизгнул и дал деру.

В дело пришлось вступить телу.

И оно показало себя с лучшей стороны. В первый момент я получил по плечу обломком трубы, а чей-то увесистый кулак въехал мне в живот, заставив порадоваться, что там пусто. Но затем драка превратилась в кучу малу, в которой нападавшие больше мешали друг другу, и я смог достойно ответить.

Потасовка сопровождалась звуковыми эффектами:

– Эх, твою мать… – Псссс… – Ой! Ух! Куда? – Уууу…

Вопли периодически прерывались шлепками падающих тел. Спустя пять минут я обнаружил, что стою над поверженными врагами. Один из них стонал, прочие находились без сознания. У меня болели отбитые о физиономии грабителей кулаки, плечо, а принявшее на себя один из ударов ухо казалось большим и горячим, как свежеиспеченный блин. – Вот так! – сказал я, чтобы скрыть болезненное кряхтение. – С незнакомыми людьми лучше разговаривать вежливо!