Крысы оставались крысами, поэтому вид улыбающегося кота не вызывал у них положительных эмоций. Но они поняли, что трудные переговоры закончены, поэтому они вздохнули с облегчением.

– Ты доволен? – спросил кот мальчика.

– А смогу я потом играть на флейте?

– Да, – ответил Морис.

– Тогда всё в порядке, – сказал мальчик.

Монеты, и те, которые блестели как луна, и те, которые блестели как солнце, были сложены обратно в мешок, который крысы потом зарыли под кустом неподалёку. Никто не мог так хорошо зарывать вещи, как крысы, а брать с собой так много денег было совсем плохой идеей.

Остался конь. Его можно было бы продать за неплохие деньги, поэтому Морису было очень жаль, что они его отпустили. Но Персик заявила, что поскольку это конь разбойника, с богато украшенным седлом и дорогой сбруей, то его опасно пытаться продать. Люди могут начать говорить. Может дойти и до правительства. В конце концов, они ведь не хотят опять иметь дело со стражей.

Морис подошёл к обрыву и посмотрел на долину. Внизу маленький город принимал первые лучи солнца. – Ладно, сделаем из этого большой номер, – сказал кот, когда он вернулся к крысам. – Пищать как можно громче, корчить рожи, мочиться на всё подряд, ясно?

– Что касается мочиться… – начал было Опасный Боб, но Персик перебила его: – Хм…

– Ладно, – продолжил Опасный Боб, – если это последний раз…

– Я с самого детства мочился на всё подряд, – сказал Окорок. – Теперь это вдруг стало неправильным. Если это так потому, что мы теперь думаем, то я рад, что я сам много не думаю.

– Пусть жители этого города увидят Чудо! – воскликнул Морис. – Они думают, они знают, что такое крысы? После того, как они познакомятся с нами, они будут о нас рассказывать своим внукам!