– Что происходит? – резко спросил Карсон. – Я не привык...

      – Мне следует очень много объяснить вам, – сказал Ли. Его голос был глубоким и каким-то успокаивающим. – Я должен извиниться. Полагаю... что ж, еще раз прошу прощения. Боюсь, я несколько возбужден. Видите ли, я приехал из Сан-Франциско, чтобы изучить Комнату Ведьмы. В самом деле, почему вы не позволяете мне посмотреть на нее? Я могу заплатить.

      – Не надо, – ответил Карсон. Он начал чувствовать иррациональную симпатию к этому человеку, с его приятным мягким голосом, волевым лицом и привлекательной личностью. – Нет, просто мне хотелось бы немного покоя; вы не представляете, как меня утомили посетители из-за этой комнаты, – он продолжал, после некоторой паузы, понимая, что говорит извиняющимся тоном. – Все это причиняет ужасное беспокойство. Едва ли вы сами захотели бы открыть эту комнату для посторонних.

      Ли приблизился к нему с видимым душевным волнением.

      – Я могу увидеть ее? Она имеет для меня огромное значение; я чрезвычайно заинтересован в осмотре хранящихся там артефактов. Обещаю, что отниму у вас не более десяти минут.

      Карсон долго сомневался, но потом согласился. Провожая гостя в подвал, он рассказал, при каких обстоятельствах была открыта Комната Ведьмы. Ли внимательно слушал, прерывая его время от времени разными вопросами.

      – А крыса: что с ней случилось? – спросил он.

      Карсон оказался в затруднении.

      – Не знаю. Полагаю, она спряталась в норе. Что с ней еще могло произойти?

      – Ну, в этом я не был бы так уверен, – загадочно ответил Ли, когда они вошли в Комнату Ведьмы.

      Карсон зажег свет. Он уже провел здесь электричество и поставил несколько стульев и стол; во всем остальном комната оставалась неизменной. Карсон наблюдал за лицом оккультиста и с удивлением отметил, что оно стало хмурым, почти сердитым.