– Что это значит?

      – Я уверен в том, что... у меня есть смутное воспоминание... о некоторых снах за последнее время. Но я сомневаюсь. Я ничего не могу вспомнить о снах. И... пожалуй, скорее всего, именно ваши коллеги-оккультисты навязали мне эту мысль!

      – Может быть, – задумчиво сказал Ли, встав со стула. Он несколько секунд колебался. – Мистер Карсон, я задам вам довольно неуместный вопрос. Вам действительно необходимо жить в этом доме?

      Карсон обреченно вздохнул.

      – Когда у меня спросили это впервые, я пояснил, что мне нужно спокойное место для того, чтобы поработать над романом. Мне подходит любое тихое помещение, его нелегко найти. Сейчас, когда у меня есть эта Комната Ведьмы, и процесс написания книги идет столь быстро, я не понимаю, по какой причине я должен изменить свое мнение и нарушить свою программу. Я покину дом, когда закончу роман; тогда вы или прочие оккультисты могут занять его, превратить в музей или сделать с ним все, что будет вам угодно – мне все равно. Но до тех пор, пока я не завершу роман, я намерен оставаться здесь.

      Ли потер подбородок.

      – Конечно. Я понимаю вашу решимость. Но неужели в доме нет другого места, где вы могли бы работать?

      Он мгновение внимательно посмотрел на Карсона, а потом быстро продолжил:

      – Я не надеюсь, что вы поверите мне. Вы материалист, как и большинство людей. Но некоторые из нас знают кое-что за гранью того, что люди называют наукой. Есть знание, которое выражается в принципах и началах, кажущихся современным людям непонятными. Если вы перечитаете Мейчена, то вспомните, что он говорил о пропасти, которая существует между мирами сознания и материи. Можно установить мост через эту пропасть. Комната Ведьмы и есть этот мост! Вы не представляете, сколько тайн она хранит!

      – Вот как? – удивленно воскликнул Карсон. – Но...