У истоков лагеря стоял замечательный человек Зиновий Петрович Соловьев. Высокий, широкоплечий, седой и бесконечно добрый великан — таким он остался в памяти тех, кому посчастливилось вместе с ним создавать Артек. Вспоминают, как он умел говорить с детьми — очень просто и доверительно; как, завораживая слушателей, рассказывал сказки и легенды. Эти сказки и легенды, записанные со слов Соловьева, живут и поныне. У вечерних костров их слушают сегодняшние артековцы.

Вспоминают о большой скромности — никто из детей не догадывался, что перед ними — заместитель наркома здравоохранения, председатель Российского Общества Красного Креста, начальник санитарного управления Красной Армии, профессиональный революционер, познавший ссылку, тюрьму. Вспоминают о его огромной выдержке — в те годы Зиновий Петрович был уже тяжело, безнадежно болен. Как врач, он хорошо понимал это, но никогда ничем не выдал он себя ни перед взрослыми, ни перед детьми… В памятную артековским старожилам ночь, когда волны обрушились на берег, грозя все смыть и порушить, Зиновий Петрович первый бросился к палаткам. И не уходил, пока всех детей не перевели в безопасное место, под теплую крышу.

Французский писатель-коммунист Анри Барбюс писал: «Я очень часто посещал соловьёвский лагерь, чудесное учреждение, которое представляется мне символом и венцом жизни, посвященной великому революционному делу и улучшению жизни человечества на земле. Под руководством моего друга я изучил каждую часть механизма этого лагеря, который сам представляет собой целое королевство — королевство без короля и подданных, где в особенности было много маленьких братцев вокруг нескольких больших братьев».