— Я здесь самый старший, — сказал Винтерсорг. — Мне подобает принести в жертву большую часть добычи.

— О, нет, — скрипучим голосом возразил Око Зла. — Тот, кто больше наловит, тот и принесет больше жертв.

— У меня особая договоренность с богами, — раздраженно произнес Страх. — Это я приносил им самое большое количество жертв в Таран-гае. Боги ждут этого от меня и теперь.

— Костер мой, — огрызнулся Кат-гиль. — Здесь решаю я!

Они мрачно, коварно и злобно посмотрели друг на друга. Единство их было не таким прочным, как у их противников.

В конце концов они начали дуться друг на друга, равнодушно разгребая угли.

— Ну, что я говорил? — сказал Страх. — Они больше не осмелятся сюда явиться.

Кат-гиль молча встал, остальные последовали его примеру.

Вдалеке, среди тумана, они увидели темное скопище людей. Таран-гайские шаманы! Они опять осмелились подойти к вершине!

— Теперь их больше, — произнес Винтерсорг.

— Среди них появилось еще двое, — прошипел Око Зла. — Два белых демона.

Халькатла и Руне очень удивились бы, узнав, что их назвали демонами. Но четверо, находившиеся на вершине, называли так все, что было им непонятно.

— Мальчишка по-прежнему с ними, — сказал Страх, удивленный подобной глупостью. — Теперь мы его схватим.

Но только он воздел к небу руки и собрался произнести заклинания, как его внезапно поразило нечто, находившееся в руках Габриэла. Это был луч света, настолько резкий и ослепительный, что он тут же повалился навзничь, а остальные закрыли руками глаза.

Это был большой светомет Марко, который он называл «тысячеметровкой». Халькатла обожала этот прибор. И если бы она получила к нему доступ, она бы давным-давно сожгла батареи.

— Колдовство, колдовство… — шептал Кат-гиль. — Но они свое получат!

— Женщины мои, — напомнил Винтерсорг.