Павел жил в общежитии строительного треста, занимая комнату на втором этаже. Это была, скорее, комнатка, а не комната в широком смысле слова. Очень маленькая и никаких удобств. Работал он в том же тресте, в конструкторском отделе. Получал зарплату, о размере которой стеснялся говорить даже матери. Она жила теперь за городом, выращивала помидоры, редко приезжала, да и Павел нечасто ее навещал. Когда же это случалось, Павел садился на электричку, занимал место у окна и впадал в задумчивость. Больше всего ему нравилось смотреть на проносящиеся мимо деревья, поля, деревушки и думать. Думать о том, что судьба не очень-то балует его до сих пор, что возможно скоро он станет жить лучше, нужно только потерпеть, нужно показать себя с самой лучшей стороны. Он знал, он чувствовал, что достоин большего. Временами он видел своих ровесников, которые разъезжали на блестящих белых автомобилях, обнимали роскошных женщин, расхаживали в дорогих и модных костюмах, курили ароматные импортные сигареты, вываливались со смехом из лучших ресторанов, и в такие моменты ему казалось, что они смеются над ним, смеются нагло, издеваются. Как – будто все, что происходит вокруг, это назло ему. Но почему? Зачем? За что?! Павел всегда, когда возвращался в свою комнатку, садился на кровать и подолгу смотрел перед собой невидящим взглядом в стену, напротив, на которой висел, приклеенный кем-то до него, календарь пятилетней давности с красивой, улыбающейся стюардессой и надписью: «Летайте самолетами АЭРОФЛОТА». Мерзкий календарь. Он тоже издевается над Павлом, как бы намекая ему на то, что, мол, нечего засиживаться. Собирай чемоданы и лети в Австралию. Однажды Павлу захотелось сорвать этот календарь, но он стал отдираться от стены вместе с куском обоев и на стене начала образовываться совсем не живописная дыра. Пришлось приклеивать обратно.

Вот уже месяц как он знает Свету. Их знакомство нельзя назвать случайным, но все же доля случая здесь имеет место.