Пластинки к проектору, как и любая другая информация о мире снаружи, появлялись в "Улье" лишь после удачных рейдов, не таких частых, как хотелось бы...

Оказавшись в своей комнате, Григ задумался, чем бы занять себя до первого гонга. Поразмыслив, он твердо решил дополнить утренние впечатления купанием в холодном бассейне, но этим планам суждено было умереть еще в самом зародыше.

Дверь в комнату распахнулась от бесцеремонного уда ра ногой. На пороге стоял Тиви.

- Ты вернулся, - отметил Старший Брат: - Вставай и пошли - Отец зовет!

- Отец? Меня?..,

- Пошевеливайся!

Григ послушно последовал за Братом, немного пошатываясь от нервного потрясения. Отец мог не спать сразу до нескольку "ночей" (то есть промежутков времени между первым и последним гонгом), Братья верили, что Отец способен и совсем обходиться без сна и отдыха. Владыка уже интересовался Григом, возможно, даже ждал его - Тиви сказал: "Ты вернулся". Сейчас Младший Брат пожалел, что не остался в постели до "утра". Если бы только знать, что этим утром его призовет сам Владыка!!!

Лифт - плавно бегающая открытая площадка с поручнями - стремительно рассекал расстояние между Уровнями. Григ подметил, что Тиви намеренно взял предельную скорость, чтобы посмотреть на реакцию Младшего, и не доставил садисту удовольствия лицезреть себя испуганно вцепившимся в поручни, как это делают нетренированные дети. Он сохранил равновесие, стоя в метре от перил, и даже скрестил на груди руки, чтобы уберечься от соблазна воспользоваться ими. Тиви держался за рычаг и не удостоил Младшего Брата не только похвалой, но даже кивком, улыбкой или хотя бы взглядом с намеком на поощрение.

На Первом Уровне посадочную площадку лифта охраняли Демоны в абордажных скафандрах. Высокие, через металлоткань бугрятся "мускулы" биоусилителей. Руки небрежно касаются рукоятей огромных, в два раза больше обычных стандартных двухсоткилограммовых тесаков, а глаза кажутся остекленевшими, хотя на самом деле не пропустят ни единого движения. Проходя мимо могучих Старших Братьев, Григ невольно затаил дыхание. Он гордился, что мог назвать себя Братом и обратиться к любому из них как к равному, - по крайней мере, об этом гласил один из законов "Улья"...