— Уже домой? — удивился я, взглянув на настенные часы, окаймленные все тоже же символикой — Росбетон. — Всегда задерживаешься…

— Головка бо-бо, — изобразила детский лепет Светлана. — Хочу отоспаться…

Я бы чувстввал себя намного спокойней, зная, что «ребенок» сидит в своем кабинете, но не показывать же охватившую меня ревность. Возможно, дома подружка будет под большим контролем — телефон под рукой. А её кабинет на третьем этаже находится в опасной близости к кабинету главного экономиста.

— Действительно, тебе нужно отдохнуть. Полежи, почитай, попозже позвоню, узнаю о самочувствии, — ненавязчиво, вскользь, упомянул я о неизбежности проверки. — Поужинай и ложись в постель…

— Какая постель без тебя, милый, — засмеялась «жена». — Скорей всего до утра проворочаюсь без сна.

Женщины по своей природе — самые опытные психологи, им дано умение успокаивать либо возбуждать мужчин-идиотов, внушать им ревность или гасить её проявления. Вот и сейчас, выслушав слегка замаскированное признание в любви, почувствовал облегчение. Зловещая фигура «соперника» перестала донимать меня, расплылась в подсвеченном голубом тумане.

Светка одарила меня парочкой самых сладких улыбок и побежала к остановке автобуса. А я оперся локтями на стол и стал ожидать появления Вартаньяна. Появится армянин — все ясно: назначено свидание, возможно даже в нашем со Светкой гнездышке. Не появится — можно дежурить спокойно.

Сурен не появился. Дышать мне стало легче, настроение улучшилось.

Вместо него в вестибюль вошел с улицы мужчина средних лет, в модном плаще и такой же модной шляпе. Раскрасневшееся от ветра лицо выражает уверенность в праве врываться в любое учреждение после завершения рабочего дня, все встречные-поперечные обязаны падать на колени, предупредительно открывать и закрывать двери, стряхивать дождевые капли, согревать румяные щеки.