– Сегодня я получил запрос из тюрьмы, где отбывал срок Максимов. – Петренко вынул из ящика стола и положил перед собой документ. – Результат оказался одновременно и неожиданным, и ожидаемым.

Оперативники внимательно слушали шефа.

– Мне сообщили, – продолжил Мухомор, – что месяц назад Максимов сбежал из-под стражи.

– Я так и думал, – сказал Соловец.

– М-да… – произнес Дукалис.

– Значит, это все-таки Максимов, – сделал вывод Волков.

– Решил пойти проторенной дорожкой, – заметил Ларин.

– Ну, это пока что наши предположения, – произнес Мухомор.

Милиционеры задумались.

– Я считаю, Юрий Саныч, надо распространить фотографию преступника по постам, – внес предложение Соловец.

– Это само собой, – отреагировал Мухомор.

– Думаю, следует дополнительно поработать с пришедшими открытками, возможно, там есть ключ к разгадке дальнейших действий преступника, – сказал Ларин.

– Согласен, – кивнул подполковник.

– Следует еще раз поговорить со свидетелями, – заметил Волков.

– Особенно с оставшимся в живых охранникои, – добавил Дукалис.

Петренко снял очки.

– Все правильно, – произнес подполковник. – Но я дам вам еще одну наводку на преступника.

– Какую, Юрий Саныч? – спросил Дукалис.

Мухомор задумался. Воспоминания семилетней давности пронеслись в его голове. Вздохнув, подполковник обвел взглядом подчиненных.

– В свое время я неплохо знал женщину, с которой у Максимова был роман. Звали ее Вера Куликова, жила она на набережной канала Грибоедова, дом сорок четыре, квартира тридцать девять.

– Вы считаете, Куликова до сих пор проживает поэтому адресу? – спросил Соловец.

– Не знаю. Надо это проверить.

– Может, поговорить с этой Куликовой? – произнес Дукалис.

– Если Максимов вошел с ней в контакт, можем спугнуть, – возразил Ларин.

– Верно, – согласился Мухомор.